Перерожденная  - Ясмина Сапфир

Платье подчеркивало белизну кожи, точеные ягодицы и тонкую талию. Яра взяла расческу и кивком пригласила на стул. Я повиновалась. Служанке хватило нескольких минут, чтобы расчесать меня и создать на голове прическу из множества «колосков». Косы скрещивались, скручивались друг с другом и создавали невероятно красивый, замысловатый узор.

Я повертелась у зеркала, а Яра поставила рядом изумрудные кожаные босоножки. Я почувствовала себя Золушкой перед первым в своей жизни балом. Надела босоножки, Яра аккуратно застегнула их и вновь обошла вокруг.

– Вы очень красивая, – сказала она восхищенно. – Не похожи на ррайтанку, но это не беда. Вы ведь не чистокровная, да еще с кровью даманцев.

Я коротко кивнула. Интересно, что подумает служанка, узнав о том, что я вообще никакой не перевертыш. Человек, перерожденная, потомок древних даманцев. Я вгляделась в лицо Яры.

Служанка просто сияла. Кажется, ей все сильнее нравилась роль моей личной горничной и даже больше – почти компаньонки. Яре импонировало, что я не дистанцировалась, общалась на равных, но вот уже научилась приказывать, если того требовала ситуация.

Наши вкусы в мужчинах сходились. И вообще мы испытывали друг к другу заметную симпатию. Наверное, поэтому Натти, очень похожая на Яру, немного скрасила мое пребывание в Новой Дамантии. Пока та не превратилась в легенду… Черт! Натти?!

– Яра? А среди спасенных не было брюнетки, девушки по имени Натти? – торопливо спросила я у служанки.

Яра резко выпрямилась, судорожно заморгала, затеребила подол фиолетовой туники и пролепетала:

– Вы тоже о ней знаете? Я выяснила только вчера ночью. Правда! Клянусь, чем хотите!

Я снова изучала лицо служанки, не понимая ее переполоха, паники, смущения. Яра продолжала мять подол, оправлять юбку и что-то бормотать по поводу незнания, удивления, непонимания. Я дала ей немного успокоиться, мягко коснулась плеча и осторожно поинтересовалась:

– Ты о чем?

– Ну вы же спросили про Натти? Ту самую, которая оказалась моей дальней родственницей? – затараторила Яра. – Значит, подозревали, что у нас общая кровь? Но я об этом ничего не знала, клянусь вам! Вообще не знала, что я даманка. И про ваше настоящее происхождение не знала тоже.

Вот теперь до меня начало доходить. Яра различала ауры перевертышей разных стран. Познакомилась с Натти, рассмотрела ее энергетику и догадалась, что никакая я не ррайтанка. Выходит, она еще ночью все поняла? Я непроизвольно заломила бровь и молчала, вглядываясь в лицо служанки в поисках ответов. Яра улыбнулась – очень доброжелательно, без малейшей тени притворства, и с чувством произнесла:

– После встречи с Натти я догадалась, почему у вас такая потрясающая аура. Вы не ррайтанка, а даманка. Чистокровная и скорее всего из династии Иствинов. Ну и что? Я ничего никому не говорила! Клянусь! Короли ничего не знают и не узнают от меня даже под пытками!

Яра вытянулась по струнке, сложила руки по швам и замолчала.

На лице ее отражалась смесь страха и растерянности. Я улыбнулась, погладила девушку по плечу и успокоила:

– Все нормально. Короли уже знают. А вот соседскому монарху еще предстоит это открытие. Ладно. Думаю, нам пора к Наллису?

Яра облегченно выдохнула и смогла лишь кивнуть. Я еще раз погладила ее по плечу, и девушка расцвела счастливой улыбкой.

– Даже не представляете, как я боялась, что вы меня выгоните! Или вовсе – отошлете в другую страну, – сказала с дрожью в голосе. – Спасибо, что доверяете.

Я поддакнула, и мы вышли наружу.

В замковые окна привычно лился яркий утренний свет. Не могу сказать – солнечный, потому что солнца в небе воздушных оазисов ни разу не видела. Похоже, в Миллалии царил полный штиль – клочки розового тумана повисли в воздухе почти недвижимо. И почему-то сразу подумалось про затишье перед бурей. Холодок прошелся вдоль позвоночника.

Я передернулась и покосилась на Яру. Служанка выглядела собранной, спокойной и довольной нашим разговором. Хм… Либо у меня предчувствие, либо слишком перенервничала. Знать бы – что именно.

Как и предполагала, Наллис метался по столовой, как пойманный в клетку зверь. Его неистовая натура вновь прорывалась наружу. Сразу вспомнились наши ссоры, мое негодование от наглости Наллиса, его требовательности и напора. Заметив меня в дверях, зеленоглазый акул расцвел такой радостной, такой счастливой улыбкой, что я невольно ответила тем же и заторопилась к нему.

Наллис не утерпел – подскочил, сгреб в охапку, поцеловал. Властно, по-хозяйски, но именно это мне сейчас и требовалось. Я вдруг поняла – он шел напролом вовсе не потому, что привык к вседозволенности, плевал на чужое мнение, чувства, обстоятельства, а просто потому, что не мог иначе. Только не со мной. Я прижалась к Наллису, ответила на поцелуй, и его тело ответило тоже – весьма недвусмысленно. Я вздрогнула, и по телу растекся знакомый жар. Мы забыли о Яре, о том, что дверь приоткрыта и по коридорам снуют слуги. Я видела их не раз. Местные горничные, лакеи, уборщицы, повара старались вести себя как можно незаметней, работали без понуканий и напоминаний, но на глаза попадались.

Я прикрыла веки, сильнее прильнула к Наллису. Он испустил то ли рык, то ли стон, то ли все вместе.

– Что ты со мной делаешь, Ира? – обожгло ухо горячее дыхание короля. – Ты как наваждение. Вдалеке от тебя не нахожу себе места, рядом – сам не свой. Вчера, когда боялся, что ты… ты… В общем, я собирался драться, пока не погибну, если мою женщину убили даманцы…

Наллис поцеловал меня снова – на сей раз очень нежно, осторожно. Будто хотел подтверждения, что наши чувства взаимны и желания тоже. Я привычно ответила и попыталась отстраниться, понимая, что еще немного, секунда-другая, и мы займемся любовью, прямо здесь, на накрытом столе. Но я звала Наллиса не для этого. Нам требовалось обсудить как вести себя с Лилофеей, что сказать отвергнутой принцессе и ее отцу. Сейчас я ощущала себя не просто перевертышем – почти королевой Миллалии, ответственной за судьбу своего государства и его политику тоже.

Наллис заглянул в лицо – пытливо и недовольно. Кивнул с пониманием, отпустил и пододвинул мне стул.

Я разместилась за столом и только тогда вдохнула упоительный запах морепродуктов. И как я жила без них столько лет на Земле? От одного вида улиток, тушеных водорослей, кальмаров потекли слюнки. Наллис усмехнулся, принялся накладывать мне того и другого, прочистил горло, но произнес очень хрипло, почти не своим голосом:

– Хочешь выяснить – как вести себя с Гейлардом и Лилофеей?

Я кивнула. Наллис разместился напротив, положил себе жареную рыбину и налил нам обоим травяного чая.

– Не переживай. Я все беру на себя! – сказал неожиданно твердо. – Я эту кашу заварил, мне и расхлебывать. Я согласился на брак с Лилофеей. Хотелось, ну знаешь… помочь стране… Я же король! И уж раз я ей настолько понравился… Подумал – почему бы и нет? Как там говорят люди? Стерпится – слюбится? А потом, в тот же день, увидел тебя. Будто сама судьба посмеялась над моей несдержанностью, наказала за торопливость. Думаю, это мне урок. Надо прекратить всегда и везде поддаваться сиюминутным порывам. Давать себе время обдумать ситуацию, перестать пороть горячку. Иначе всегда будет случаться так. Ведь обожди я хотя бы сутки с ответом, не пришлось бы сейчас ничего переигрывать, ни перед кем оправдываться.